История наркоза. В ней были жуткие драмы, но началась она с комедии и фарса

История наркоза. В ней были жуткие драмы, но началась она с комедии и фарса

История наркоза. В ней были жуткие драмы, но началась она с комедии и фарса

16 октября — Всемирный день анестезиолога. Ровно 175 лет назад в этот день 1846-го года в Массачусетском госпитале впервые успешно продемонстрировали операцию, проведенную под эфирным наркозом.

Имена всех участников этого события остались в истории. Его идеологом стал дантист Уильям Мортон (1819−1868), он собственно и был первым профессиональным анестезиологом — давал наркоз пациенту Эдварду Эбботу, у которого хирург Джон Уоррен удалял сосудистую опухоль на шее. В честь этого события в Бостоне воздвигли памятник его участникам, а госпиталь позже переименовали в «Дом эфира». Но это парадная сторона, а в реальности все было не так помпезно, и не так бесспорно.

Первый блин — комом

Ровно за 2 года до этих событий, в октябре 1844 года другой дантист Гораций Уэллс попробовал наркоз с помощью «веселящего газа» (закись азота) на себе. В роли анестезиолога выступал шоумен и бывший студент-медик Гарднер Колтон, а зуб выдирал его коллега Джон Риггс. Все прошло отлично, потом Уэллс провел экстракцию зубов таким способом еще у нескольких человек. И в январе 1945-го он уже публично демонстрировал операцию под наркозом. По непонятным причинам «веселящий газ» не сработал, пациент страшно орал, когда ему удаляли зуб. Коллеги осмеяли Горация. Ему было очень больно и обидно.

Интересно, что обе эти публичные операции под наркозом проходили с разницей в девять месяцев, но в одном и том же месте — в госпитале Бостона. Как это получилось? Мортон был учеником Уэллса, а потом они стали партнерами по стоматологическому бизнесу. Правда, начинание оказалось неудачным, и в 1843 г. Уэллс вышел из дела. Но они остались друзьями, и первую демонстрацию наркоза с помощью «веселящего газа» организовывал как раз Мортон. Естественно, он на ней присутствовал. Идея наркоза вдохновила его, и он стал экспериментировать, но не с закисью азота, а с эфиром. Для опытов сначала тайно использовал собачку жены и ее аквариумных рыбок. После усыпления эфиром они оживали. Но тайное стало явным, и после скандала с супругой он переключился на дикую живность — рыбок, насекомых, червей и т. д. Экспериментировать на себе боялся, но однажды это произошло случайно. Мортон опять хотел поставить опыт на собаке, она вырвалась, флакон с эфиром разлился и он, все-таки им надышался. Жена обнаружила его лежащим на полу в бессознательном состоянии.

Публичный успех и начало войны за приоритет открытия

После этого он решился поставил опыт на себе, вдыхая эфир через носовой платок, и фиксируя потом свои ощущения. «Я был нечувствительным приблизительно 7−8 минут, — писал Мортон в своем докладе в Парижскую академию искусств и наук. — Я твердо убежден, что в течение этого времени зуб можно было бы вырвать без ощущения боли». На следующий день 30 сентября 1846 г он таким же способом усыпил пациента Эбена Фроста, и удалил ему зуб. Тот быстро согласился на наркоз, так как панически боялся боли, и даже просил его гипнотизировать перед операцией. Но Мортон предложил эфир. Пациентов становилось больше, он модифицировал способы введения газа и придумал для этого специальное устройство. Про Мортона написали в газетах, их прочитали хирурги Массачусетского госпиталя, и предложили опробовать метод в общей хирургии. Что было потом, вы уже знаете.

Читайте также:  Станция для болельщиков. ЦСКА БКЛ «ведет» к спортивным победам

После публичной демонстрации наркоза слава Уильяма Мортона стала расти. Но вскоре появились конкуренты по изобретению. Самым активным и агрессивным оказался его учитель и старший товарищ — известный ученый-химик Чарльз Джексон. Мортон слушал его лекции и даже жил у него некоторое время. Профессор химии хорошо знал о свойствах эфира, экспериментировал с ним на себе, но не будучи врачом, не мог продвигать его в медицине. Надеясь сделать это вместе с Мортоном, он поделился с ним своими знаниями. Но далее Мортон решил заниматься эфиром самостоятельно (произошло это не без корыстных соображений), и скрывал от Джексона свои разработки.

Узнав об удачной демонстрации эфирного наркоза, Джексон развернул войну за признание и своих заслуг, надеясь, кроме славы ещё и на хорошие дивиденты. Он вообще был знатным сутягой, судебных дел о своем приоритете в разных областях у него было немало. Например, он претендовал на свою долю в создании пушечного хлопка, открытии пищеварительного действия желудка и даже в разработке телеграфа.

Никто не без греха

Но и Мортон больше интересовался деньгами, чем наукой. Он убеждал всех, что при наркозе вводит не давно всем известный эфир, а созданный им особый газ «Летеон». Он его даже запатентовал. А чтобы эфир не узнали по запаху, добавил к нему маскирующие отдушки. Но вскоре обман раскрылся. Мортон оправдывался, но осадочек остался на века. К слову, Россия признала первенство Уильяма Мортона, и Николай I наградил его орденом святого Владимира. Император очень интересовался наркозом, и даже отправил Николая Пирогова на Кавказ, чтобы он опробовал эфир в условиях войны. Но это уже русская страница в истории наркоза и очень интересная — тут мы были лидерами.

Сражения за приоритет открытия наркоза продолжались до смерти Мортона. В результате, он не только не обогатился, но и разорился. И в 1868 г. скоропостижно скончался от инсульта в возрасте всего 49 лет. Это случилось из-за стресса — одна из газет признала первенство Джексона, и он не смог этого пережить.

Химия судьбы

Судьба Чарльза Джексона сложилась не менее трагически. В 1873 году он сошел с ума. Рассказывают, что это случилось из-за того, что увидел могилу Мортона, который был младше его на 14 лет. Знаменитый химик провел остаток своих дней в психиатрической клинике, и по иронии судьбы был похоронен на том же кладбище, что и Уильям Мортон.

Читайте также:  WP: на Западе заявили о наращивании российских войск у границы с Украиной

Но их судьба — еще цветочки. Самая трагичная история случилась с Горацием Уэллсом. После неудачной демонстрации наркоза с веселящим газом в 1844 году, он так толком и не оправился. Тоже предпринимал попытки доказать свое первенство в открытии наркоза, экспериментировал с эфиром и хлороформом, и даже стал наркоманом, зависимым от хлороформа. Надышавшись им в свой 33-й день рождения, он в помешательстве облил серной кислотой двух проституток. В тюрьме понял весь ужас своего поступка, и прямо в камере надышавшись хлороформа для обезболивания, вскрыл бритвой бедренную артерию. За две недели до этого, Парижское медицинское общество признало приоритет Уэллса в открытии наркоза, но он так и не узнал об этом.

А где комедия и фарс в этой истории?

С них все начиналось. В 1799 году, когда в Англии физики были лириками, поэты — учеными, а все вместе — химиками, ученый и поэт Хэмфри Дэви открыл веселящий эффект закиси азота. Он писал: «Я испытал от вдыхания закиси азота удовольствие в большей степени, чем я когда-либо испытывал от чего-либо вообще». Его харизма была так велика, что он быстро сделал веселящий газ суперпопулярным. Дэви часто делил его со своим другом и одним из основателей романтизма поэтом Самюэлем Тэйлором Кольриджем (в Англии их имена известны, как у нас Ломоносова и Пушкина). Все они остались в истории как великие люди, но предложить закись азота для обезболивания они не смогли, хотя и знали о таких эффектах — Дэви писал, что он хорошо останавливает зубную боль.

Однако, вскоре инициативу у них перехватили фокусники и шуты, демонстрирующие шутки с веселящим газом для публики. Одним из них был уже упоминавшийся Гарднер Колтон, бросивший учебу на медицинском факультете ради заработка быстрых денег на закиси азота. Он демонстрировал комические шоу, в которых накачивал кого-нибудь из зрителей веселящим газом, и устраивал над ним посмешище. На одном из его фарсов в конце 1844 и оказался дантист Гораций Уэллс. Его удивило, что человек, над которым все смеялись, получил травмы, и никак на них не реагировал, а продолжал смеяться, находясь под действием веселящего газа.

Уэллс сразу оценил медицинский потенциал этого, и на следующий день уже ставил эксперимент на себе, пригласив в качестве анестезиолога шоумена Колтона.

Судьба последнего сложилась лучше, чем у кого-либо ещё из пионеров наркоза. Позже он организовал большой и успешный стоматологический бизнес по безболезненному удалению зубов с помощью веселящего газа. И пережив всех участников первых экспериментов по наркозу, умер в 1898 г. в возрасте 83 лет.

Источник aif.ru

Поделиться ссылкой:

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *